Одинаково лишние

0
146

Требования ФЗ «Об общественных объединениях» не оставляют особого маневра по структуре, порядку выборов, посему все избирательные кампании следуют стандартному шаблону.

Созывается конференция, на ней и «избирают» руководящие органы. Численный состав конференций всегда ограничен решением Совета о нормах представительства. Задолго до конференции действующее руководство принимает стратегическое решение о том, кто будет представлять на конференции «народ».

Например, если возле руководящих органов крутится-кормится 30 «верных товарищей», то численность конференции будет определена человек в 50. Чтобы при любых раскладах «большинство» оставалось за действующей администрацией общества. Если друзей Правления меньше, то на конференции им достанется все равно «квалифицированное большинство».

По тому же решению о численном составе конференции проводится норма об автоматическом включении в состав конференции уже действующих представителей руководящих органов и штатных работников общества.

Это порядка 11 человек членов Совета, 5 членов Правления, гл. бухгалтер, три члена Ревизионной комиссии, главный по собакам, старший по рыбакам, охотовед, пара егерей, 5 председателей первичек… Искомые 30 человек.

Из этой же «тридцатки» «избираются» руководящие органы конференции. Председатель собрания, президиум, счетная и мандатная комиссии… Которые, безусловно, признают любые «филькины грамоты» от делегатов — протоколы первичек об их же избрании на конференцию, прежде всего. Которые «закроют глаза» на любые нарушения в ходе конференции.

Без затей и напряжения избирательные конференции превращаются в мероприятие формальное, чужих там нет, а кто прорвется «поорать», так тем и успокоится.

Что объединяет упомянутую мною «тридцатку»?

Председатель, директор хозяйства (охотовед), гл. бухгалтер и егеря работают за зарплату, и их интерес оставить все, как есть, понятен.

Другие, начиная с председателя Ревизионной комиссии члены «тридцатки»:

— освобождены от уплаты взносов, отработок. С какого-то времени получают звания Почетный член общества и освобождаются от податей пожизненно. Посему они, нисколько не морщась, принимают решения о повышении цен на все, что удается придумать;

— для поощрения работы «бесплатных» членов Совета и далее из «тридцатки» выделяются за счет общества лицензии на копытных. Одна собачникам, две Совету, одна Правлению, одна каждой из первичек, одна активистам маршрутного учета, одна рыбакам…Пяток вышестоящим, пяток прочим «друзьям» общества.

Придворным собачникам выделяются средства на поездки на выставки и состязания, рыбакам для выезда на соревнования и прочая… но только при условии лояльности и верности. Нелояльные ездят за свои.

Есть еще скрытые от общественного глаза «краники». Такие, как ТО автомобилей, расходы на рейды, ремонты баз и помещений, приобретение оргтехники и т.д. Каждый из «тридцатки» свой «кусок» имеет, и это — норма.

Я не касаюсь «коммерческих охот», проводимых обществом. Некоммерческим обществом, к слову. Это личный источник дохода начальников… это «священная корова», в сторону которой даже смотреть нельзя.

Итого. Триста — пятьсот — тысяча членов общества оплачивают содержание конторы, штата, хозяйства, получая за это право на «дырявую» охоту в угодьях общества. На утку, на зайца, на гуся. Вне воспроизводственных участков и прочих «сладких мест», изъятых из доступа под очень нужные Вселенной нужды. У рядовых членов общества есть право встать в очередь на вступление в круг приближенных. Это есть… Служи, старайся, вкладывайся, связывай себя общим на всех преступлением… Это максимум.

Такое положение дел — система! РОРС стоит на этом, и нет намеков, что намерен ее менять. Только этим я объясняю массовый отток охотников, по сути своей протестный.

В свое время я пробовал скандалить, довел дело до судов. Выиграл, проиграл, плюнул. Один в поле не воин! Они воюют в рабочее время, получая зарплату, оплачивая из средств общества юристам, лицензиями чиновникам, мне же пришлось бодаться за свои… «Полтинник» улетел вместе с нервами.

Сегодня ситуация в корне изменилась. Рынок охотничьих услуг развивается. Кого выберут в состав Правления, мне безразлично. Степень влияния руководящих органов на мое личное охотничье благополучие сошла на ноль. Есть выбор, и он не в пользу общественных организаций. Люди нашли себе «запасные аэродромы» и не спешат расставаться с деньгами. Для них, что частник, что ОДУ, что общественные…

Страшилки не работают. Нас, охотников с деньгами, везде ждут. А без денег мы для всех — одинаково лишние.